Проблемы православной педагогики (VII международные Рождественские чтения)

Сейчас, когда уже не первый год православные гимназии, школы и лицеи открывают своим выпускникам двери во взрослую жизнь, проблемы православной педагогики не уменьшаются, а множатся, что показали и VII Международные Рождественские образовательные чтения, проведенные Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата в январе 1999 года. Этим вопросам были посвящены многие пленарные выступления. Приводим фрагменты некоторых докладов:
"Проблемы духовного обновления школ" (В.И. Стражев – министр образования и науки Республики Беларусь); "Системное преподавание Православия в школах – основа будущего России" (С.П. Локтионов – председатель Курского отделения Международного фонда славянской письменности и культуры и В.М. Меньшиков – профессор, доктор педагогических наук, координатор областной программы изучения православной культуры); "Проблемы российского образования и Православие" (протоиерей Владимир Воробьев – ректор Православного Свято-Тихоновского богословского института); "Душа педагога и педагогическое делание" (протоиерей Артемий Владимиров – настоятель московского храма Всех святых бывшего Алексеевского монастыря в Красном Селе); "Семья и дети: церковный взгляд на проблему" (протоиерей Димитрий Смирнов – настоятель московских храмов Благовещения Пресвятой Богородицы и святителя Митрофания Воронежского);

В.И. СТРАЖЕВ:
Много десятилетий наши усилия были сконцентрированы на решении традиционного для восточных славян вопроса "что делать?", но сегодня стоит вопрос "как делать?" – как сделать наше общество процветающим, не нарушив при этом свободы нашего духа? Богатейший опыт всемирной истории неоднократно показывал, что к трагическим последствиям вели вовсе не ошибки в определении цели; достойный путь никогда не приведет к недостойной цели. По-моему, основной вопрос сегодня для нас – это вопрос, как достигнуть цели, не посягая на внутреннюю свободу, не порушив совести, принципов нашей души. Именно таков выбор пути, необходимый для школ. Если я могу сегодня говорить об определенных позитивных результатах реформ, то только потому, что мы, может быть, отчасти интуитивно, ощущали невозможность насилия над детьми и школами и в первую очередь ненасилия духовного.
Какой же должна быть школа, созидающая культуру христианского сознания? Выбирая пути духовного обновления, следует отказаться от принятия скоропалительных решений по упразднению одних предметов и введению других. Школа должна идти не по пути подмены собою Церкви, но по пути отказа от откровенно атеистического содержания учебных предметов, постепенного насыщения содержания образования материалом, помогающим ребенку и учителю не отвергнуть изначально идею о Боге, но раскрыть возможность встречи с Ним, подготовиться к этой встрече, – вот чем школа сможет выполнить свое предназначение в совместной деятельности школы и Церкви. Это подтверждают и слова известного богослова иеромонаха Серафима Роуза: "Наши дети должны быть подготовлены к восприятию Православия, к восприятию христианства через культуру". Культура, которую обязано дать образование, не должна удалять человека от религии, а должна помочь ему, указать путь к Православию, осветить этот путь, но совершить шаг по этому пути человек должен самостоятельно.
Если говорить о конкретных шагах, то, во-первых, необходимо сформировать иную школьную среду, которая предполагает установление между педагогом и учеником отношений, основанных на педагогике, отрицающей как авторитаризм, так и безразличие, к педагогике сотрудничества. Во-вторых, в школу должен прийти учитель, воспитанный в традициях Православия, несущий в себе дух культуры мира – христианства и способный передать его ученикам. В-третьих, необходимо перейти на новые образовательные методики, ориентированные на диалог, воспитание уважения друг к другу, обеспечение права ребенка на открытость и уединенность. Наконец, это принципиально новые отношения между школой и семьей. Именно совместная деятельность родителей и учителей может стать условием успешного формирования у детей опыта поведения в духе христианского сознания.
Особенно следует остановиться на содержании гуманитарного образования, три основных идеи которого – национальная, социальная, религиозная. История человечества дает устрашающие примеры того, как образование, ориентированное на идею превосходства, исключительности нации, развивало до гигантских масштабов разрушительные процессы. Есть большая проблема в том, какую историю в школе преподавать: политическую историю государства или историю развития культуры и его духовного роста? Первостепенное внимание нужно обратить на формирование в детях нравственных качеств, ориентирующих его на социальное сотрудничество. Необходимо ввести курс нравственного воспитания.
Наконец, идея религиозная. Попытка в Советском Союзе заменить веру в Бога идеей классовой исключительности завела общество в тупик. Оно не смогло найти замену великим принципам любви, сострадания, не смогло ничего противопоставить тысячелетнему опыту духовного воспитания народа. Говоря о реформировании системы общественного воспитания, признаем, что Церковь может оказать неоценимую помощь в решении этой проблемы, тем более, что Православная Церковь является сегодня самой авторитетной "организацией" с точки зрения нравственности. Ценности Православия должны стать той внутренней духовной основой, которая даст нам силу для разумного решения проблем, поможет не сорваться в пропасть духовной нищеты.

С.П. ЛОКТИОНОВ, В.М. МЕНЬШИКОВ:
За последние десятилетия практически все население России было отлучено от благодатных источников своей жизни. А потому для многих русских людей нет сегодня счастья жить в Православии. Разумеется, они гордятся своей свободой от Православия, но на самом деле они несчастны.
Мы должны иметь мужество признать, что мы – православная цивилизация, и тогда изучаем Православие; либо мы честно отрекаемся от наших святынь и нашей культуры и продолжаем строить не существующую в мире "общечеловеческую" цивилизацию, продолжая уничтожать русский народ в бессмысленном эксперименте, задуманном далеко от Русской земли, и не один десяток лет назад.
Не только теория, но и живой опыт убеждают нас в том, что мы должны дать возможность детям изучать Православие, начиная с детского сада до старших классов, а по возможности и в вузах, т.е. системно. В Курской области мы ввели предмет "Основы Православной культуры" в разных классах школ в зависимости от возможностей каждой школы и обнаружили, что дети разных классов совершенно по-разному воспринимают Православие. Дети младших классов воспринимают христианство как нечто живое, непосредственно данное. Для них Евангельские события есть нечто реально существующее в данное время. Дети средних классов видят здесь некую тайну, а вот дети старшие подходят к этим урокам достаточно рационально, т.е. изучают предмет с позиций личной заинтересованности: что мне это даст, изучать или не изучать этот предмет? Но это свойственно юношескому возрасту, потому что впервые перед человеком встает во всей полноте вопрос о смысле жизни, о смысле бытия человека.
Что же нужно сделать, чтобы изучение Православия было введено во всех российских школах, расположенных в православных регионах? Нужна громадная государственная, социальная, информационная и педагогическая работа, направленная прежде всего на то, чтобы директорский корпус школ принял этот предмет. Надо заметить, что большинство родителей и школьников с огромным желанием принимают изучение Православия, и лишь директора школ, оглядываясь на вышестоящие инстанции, с трудом его принимают. Но как только достигается единодушие, вся дальнейшая работа идет сравнительно легко и просто. Когда мы начинали эту программу, ее поддерживало буквально несколько человек в области, но были десятки открытых противников. Нужны были мудрость и опыт нашего архиепископа Иувеналия в его бесчисленных встречах с тысячами людей, чтобы убедить большинство учителей, руководителей и даже противников в жизненной необходимости Православия для учителей и учеников.
Педагогические усилия должны быть поддержаны единой системой государственных и социально-общественных мер.

ПРОТОИЕРЕЙ ВЛАДИМИР ВОРОБЬЕВ:
Сейчас мы переживаем особенный момент нашей истории, когда мы можем воспользоваться Великим Мировым Юбилеем Христианства для преломления того пути кризиса, который еще пока губит нашу страну. Именно сейчас нужно звать весь народ ко Христу, громко возглашать, что без веры, без возвращения к Православной Церкви мы погибаем.
Можем ли мы это сделать в соответствии с действующим законодательством и образовательной системой нашей страны? Есть ли место в них вере, долженствующей стать стержнем воспитания и образования молодого поколения? Закон об образовании гласит, что образование в государственных школах должно иметь светский характер, но по просьбе родителей и лиц, их заменяющих, и с согласия детей, обучающихся в государственных муниципальных образовательных учреждениях, администрация вышеуказанных учреждений (школ) по согласованию с соответствующими органами самоуправления предоставляет религиозным организациям возможность обучать детей религии вне рамок образовательной программы (ст. 5 п. 4). Понятие "светский характер", учитывая предыдущие десятилетия, однозначно понимается как "атеистический характер" и в министерстве образования, и директорами школ, и администрациями городов. Однако понятие "светский" не означает "атеистический", "антирелигиозный", но означит "не клерикальный". А если так, то это позволяет нам в соответствии с нашим законом добиваться того, чтобы и программы, и стандарты, и учебные пособия отвечали бы тем желаниям, которые имеет значительная, а может быть, и наибольшая часть налогоплательщиков, т.е. тех, кто содержит государственную школу. В нашей стране даже после 70 лет гонений на Церковь большинство людей считают себя верующими. Почему же государственная школа обучает детей только атеизму?
Нужно требовать, настаивать, чтобы наши дети учились по религиозным программам. Необязательно вводить в программу Закон Божий. Достаточно, например, преподавать историю с точки зрения православного человека, а не с точки зрения атеиста, искажающего эту историю. Точно так же необходимо преподавать литературу и другие предметы. В некоторых областях России преподается школьный курс "Основы Православной культуры", имеются курсы повышения квалификации для педагогов: "Православная педагогика", "Православные традиции и воспитание", "Православная литература", "Религиозная естественнонаучная картина мира", "Введение в Православие" и т.д. Все эти предметы не подходят к термину, обозначенному в Законе как "обучение религии", следовательно, не воспрещены Законом и их можно вводить в сетку основных часов, пользуясь положением, что 20% содержания обязательного образовательного курса отдано на рассмотрение регионов, т. е. каждый директор 20% сетки обязательных часов может заполнять по своему усмотрению. Вполне можно добиться того, чтобы все вышеназванные курсы постепенно вводились в эту сетку. Только наша инертность и косность, наша неподготовленность стали причиной того, что мы не используем сегодня свои возможности.
Возможности большие. Проблема в том, как ими воспользоваться. Но даже при небезуспешности решения проблемы с кадрами учителей, остается серьезная духовная проблема, которая может сделать наш труд напрасным. Мы боремся за доступность православного образования. Но чем больше мы работаем в этом направлении, чем легче нашим детям учиться в православной школе, тем, как ни странно, дети это меньше ценят. Дети быстро привыкают к тому, что имеют, и перестают это ценить. Их влечет запретный плод. Православных детей, для которых православная жизнь стала будничной, интересует то, что "нельзя". Некоторые дети начинают интересоваться, например, рок-группами. Злое влияние окружающей среды проникает в православную школу. Преподаватели – это в основном люди советского и пост-советского воспитания, не имеющие ни настоящей культуры, ни настоящего вкуса, не знающие настоящей духовной жизни. Они называют себя православными, но не умеют открыть детям настоящую красоту духовной жизни. Они по-своему пытаются интерпретировать свою задачу, пытаясь воссоздать в школе нечто похожее на то, в чем они воспитывались, только под знаком Православия. Создается совсем не полная, не духовная атмосфера. И дети от нас часто уходят.
Как зажигается сердце верой? Сердце от сердца, как свечка от свечки. Обычно это бывает, когда встречаешься с каким-то замечательным верующим человеком, подвижником веры. Красота подвига может пленить душу ребенка, она увлекает его. Если наши учителя будут такими подвижниками, тогда дети будут верующими. Если наши учителя будут простыми православными обывателями, то дети наши из Церкви уйдут, как это случилось до революции. Тогда везде преподавался Закон Божий, но это не помешало огромной части нашего народа отречься от веры, как только совершилась революция.
Каким должен быть подвиг у детей? Подвиг совершается тогда, когда очень трудно, очень плохо, когда нужно совершить что-то из ряда вон выходящее для победы добра. Нужно объяснить детям ту обстановку духовной войны, при которой мы живем. Они должны почувствовать себя воинами, ответственными за жизнь нашего народа, страны, Церкви. Если мы не сможем им это внушить, они не станут подвижниками и вера их превратится в быт.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский, преподававший много лет Закон Божий в реальном училище, выработал свою систему преподавания: он спрашивал только тех учеников, которые хотели отвечать, и ставил только пятерки и четверки и никогда не ставил других отметок. Если ребенок не хотел отвечать, он никогда не стыдил, не заставлял, не принуждал. Он хотел вложить в душу ребенка любовь – самое главное, что мы должны делать. Если мы этому не научимся, наша деятельность приведет нас к противоположным результатам.

ПРОТОИЕРЕЙ АРТЕМИЙ ВЛАДИМИРОВ:
Кто же будет спорить, что врач прежде призван исцелить себя самого?! Кто не знает, что в полной зависимости от сердца педагога находится успех его педагогической воспитательной деятельности?! Это есть непременное условие – устой, без которого невозможно ничего преподавать, чему-то научить, особенно если область научения относится к нравственной жизни. Каждый из нас, кто призван стать "делателем жатвы", кто созерцает эту жатву – детские души, только-только распускающиеся на Божьем лугу, но уже боримые, уже искушаемые, уже как прах ветром выметаемые вон из церковного дома, – каждый из нас сам для себя должен решить и постоянно решать сей вопрос: моя собственная душа и мое педагогическое делание – в какой зависимости они находятся? На что прежде всего я должен обращать собственное внимание, о чем радеть, над чем трудиться? Дети – существа необычайно чуткие: они, может быть, не рационально, не словесно, ни интуитивно все чувствуют. И безусловно все нравственные недостатки преподавателя тотчас ими осмысляются, тотчас ими ощущаются. Даже сокрытые тончайшие страсти, к числу которых относятся, например, тщеславие.
Думаю, что главным для педагога, помимо, конечно, веры в Отца Небеснаго является такая устремленность к Богу, которая выражается в желании нравственно совершенствоваться, а значит, в педагоге должно жить постоянное недовольство самим собою, своим нравственным состоянием. Сражаясь со страстями, он должен не для других, а для самого себя иметь крайнее смиренное, уничиженное понятие о самом себе, находя в себе бесчисленные недостатки, и вместе с тем стремиться преодолеть все это с Божией помощью. Господь подтверждает это, говоря: без Меня не можете делать ничего (Ин. 15, 5). Бог не творит там, где мы не предоставляем Ему благодатного простора. Благодать не насилует той личности, которая верит еще в свои силы и думает, что она сама собою достигнет чего-либо. И вот когда я как педагог прихожу не просто к головному, а сердечному сознанию своего полного безумия в области умственной, т.е. неспособности возвестить слово разума, своей полной нечистоты в области эмоциональной, сердечной, своей полной слабости в области волевой, вот тогда-то Божественная Мудрость, Божественная Сила действования, Божественная Чистота оросят мою душу.
В деле педагогическом самое главное – общение сердец. Сердце сердцу весть подает. Я могу быть простым учителем труда и не вдаваться ни в какую теорию и морализирование, но если опытом своей внутренней жизни я хоть с краешку причастен тому сокровищу внутреннего делания, которое заповедано православным, оно передастся детям, передастся через самые мои действия, через мой взор, через мое обращение с ними, о чем и говорит апостол Павел в словах: "Мы суть Христова благоухания для верующих".
Радость общения, переливающаяся от сердца взрослого к сердцам маленьких, вдохновение не может возгнездиться в душе нечистой. Часто присматриваясь к молодым, в общем-то знающим и получившим определенные ухватки учителям-девушкам, лицам женского пола. Посещая светские школы.

ПРОТОИЕРЕЙ ДИМИТРИЙ СМИРНОВ:
Если посмотреть на социальные проблемы и проблемы образования с богословской точки зрения, то прежде всего нужно обратиться к семье. Если общество болеет, значит, не все в порядке с семьей, т.к. семья – это та клетка, из множества которых строится все тело – общество. Глашатаями современной цивилизации человек объявляется всего лишь индивидуумом, а общество -совокупностью индивидуумов. В отличие от этого либерально-философского взгляда, существует иной, библейский взгляд на человека. Когда в Священном Писании говорится, что человек создан по образу и подобию Божию, имеются в виду не только три составляющие его – плоть, душа и дух, но и трех-ипостасность пребывания человека во Вселенной: муж, жена и дитя. По существу каждый из них человек, но разница лиц очень серьезна: и психология, и внешний вид, и устройство тела. Такими нас задумал и создал Бог – по Своему образу и подобию. Для чего? Только существуя в трех своих ипостасях, человек может научиться любви и возрасти в ней – и прийти к Богу, т.к. грехом своим человек от Бога оторвался.
Современная цивилизация – сатанинская, т.к. она противостоит Христу. Она направлена на разрушение семьи и разрушение в человеке его трех-ипостасной сущности, т.е. образа и подобия Божия. Несмотря на оголтелую пропаганду "ценностей" цивилизации, противостоящих семье, на многие ограничения самого существования семьи, здравое понятие об идеале семейной жизни в нашем народе сохранилось, – благодаря тысячелетнему его воспитанию Русской Православной Церковью.
Рассмотрим современные болезни семьи: полная потеря нравственного идеала; разводы – у нас из трех браков два развода; детоубийство – это явление убивает миллионы наших соотечественников; пьянство и наркомания; супружеские измены; отсутствие христианского и вообще какого-либо воспитания. В результате этих болезней мы вымираем как нация: наше население сокращается на полтора-два миллиона в год.
Теперь рассмотрим те силы, которые извне отрицательно влияют на семью и способствуют развитию этих болезней как внешние возбудители. Одна из этих сил – тотальное безденежье. Чем беднее семья, тем сильнее боязнь рожать детей. Другая – безработица, скандалы в семье на этой почве. Следующая – тотальная пропаганда разврата в средствах массовой информации. Наконец – приветствуется и внедряется в сознание как ценностная ориентация всякое ограничение рождаемости. Этому способствует расширение бизнесов алкогольного, наркотического, порнографического, фармакологического (за распространением средств контрацепции стоят огромные корпорации). Сильно влияет на разрушение семьи криминальный мир, т.к. в него вовлечено большое количество подростков, юношей и даже детей. Появился и новый фактор. Очень многие тоталитарные секты воюют против семей, потому что пока человек живет в семье, живет проблемами близких людей, его трудно зомбировать. Одной из сил, разрушающих семью, являются современные литература и искусство, вносящие свою лепту в развращение людей.
Что же нам делать? Православным людям не следует впадать в отчаяние. Мы надеемся на Бога. Но если мы ничего не будем делать, то будем согрешать. Поэтому мы должны очень глубоко осознать эту проблему и, для кого это возможно, начать новую жизнь и в воспитательной работе, и в образовании, и в собственной семье...
Многие уже отказались от христианского подвига – православной семьи: потому что православная семья – это величайший подвиг, особенно в наше время; родить и воспитать церковного человека – это сейчас подвиг. И многие так называемые "православные семьи" от этого отказались, но продолжают думать, что они остаются православными людьми. Поверьте, дорогие мои, это глубочайшее заблуждение. Потому что мы в самое сокровенное – в наше человечество трех-ипостасное – внесли отречение от Бога, отречение от своей трех-ипостасности.
Перед нами – людьми, имеющими доступ к детям, – стоит задача, возможно, утопическая и фантастическая: мы должны всеми доступными для нас средствами учить их тому, что есть настоящая семья с точки зрения Господа Бога. Мы должны найти такие слова, которые вдохновили бы их на подвиг семейной жизни. Мы должны им внушить, что сама мысль о том, что ребенок в семье может быть лишним или что он кого-либо объест, отвратительна. Отвратительна также и мысль о том, что собственное благополучие – вещь гораздо более важная, чем рождение дитя, потому что в христианской семье дитя рождается Богу, и оно должно быть Ему посвящено и должно быть воспитано для Церкви. Вот в чем задача христианской семьи. Именно поэтому апостол Павел сказал, что женщина спасается чадородием. Мы, к сожалению, стараемся об этом как бы не думать, что и приводит к таким трагическим явлениям, как вымирание нации.
Дмитрий Иванович Менделеев при обработке данных переписи населения за 1913 г. предсказывал, что к концу века население России будет составлять 450 млн. человек. Где недостающие 300 миллионов? Их нет, их никогда не будет.
Конечно, не каждый россиянин, несмотря на крещение, станет вполне воцерковленным членом Православной Церкви. Но ведь Церковь призвана быть "солью земли"... Вовсе не значит, что соль, которая предохраняет продукты питания от гниения, все превращает в соль. Нет, продукты хотя и осаливаются, все же остаются теми же продуктами: капустой, мясом и т.д. Но соль предохраняет их от гниения... Роль Церкви, которую Господь создал на Своей Крови, – предохранить мир от окончательного гниения. Это гниение начинается с наших семейных отношений.

Подготовлено Н.Гусевой

Даниловский Благовестник. Выпуск 11. 2000 г.